Хадисы 1556-1557
сахих
عَنْ أَبِي هُرَيْرَةَ قَالَ: لَمَّا تُوُفِّيَ رَسُولُ اللَّهِ صَلَّى اللَّهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ وَاسْتُخْلِفَ أَبُو بَكْرٍ بَعْدَهُ، وَكَفَرَ مَنْ كَفَرَ مِنَ الْعَرَبِ، قَالَ عُمَرُ بْنُ الْخَطَّابِ لأَبِي بَكْرٍ: كَيْفَ تُقَاتِلُ النَّاسَ وَقَد قَالَ رَسُولُ اللَّهِ صَلَّى اللَّهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ: أُمِرْتُ أَنْ أُقَاتِلَ النَّاسَ حَتَّى يَقُولُوا: لاَ إِلَهَ إِلاَّ اللَّهُ، فَمَنْ قَالَ: لاَ إِلَهَ إِلاَّ اللَّهُ عَصَمَ مِنِّي مَالَهُ وَنَفْسَهُ إِلاَّ بِحَقِّهِ وَحِسَابُهُ عَلَى اللَّهِ عَزَّ وَجَلَّ. فَقَالَ أَبُو بَكْرٍ: وَاللَّهِ لأُقَاتِلَنَّ مَنْ فَرَّقَ بَيْنَ الصَّلاَةِ وَالزَّكَاةِ، فَإِنَّ الزَّكَاةَ حَقُّ الْمَالِ، وَاللَّهِ لَوْ مَنَعُونِي عِقَالاً كَانُوا يُؤَدُّونَهُ إِلَى رَسُولِ اللَّهِ صَلَّى اللَّهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ لَقَاتَلْتُهُمْ عَلَى مَنْعِهِ، فَقَالَ عُمَرُ بْنُ الْخَطَّابِ: فَوَاللَّهِ مَا هُوَ إِلاَّ أَنْ رَأَيْتُ اللَّهَ عَزَّ وَجَلَّ قَدْ شَرَحَ صَدْرَ أَبِي بَكْرٍ لِلْقِتَالِ، قَالَ: فَعَرَفْتُ أَنَّهُ الْحَقُّ. قَالَ أَبُو دَاوُدَ: قَالَ أَبُو عُبَيْدَةَ مَعْمَرُ بْنُ الْمُثَنَّى: الْعِقَالُ: صَدَقَةُ سَنَةٍ، وَالْعِقَالاَنِ صَدَقَةُ سَنَتَيْنِ.
قَالَ أَبُو دَاوُدَ: وَرَوَاهُ رَبَاحُ بْنُ زَيْدٍ، وَعَبْدُ الرَّزَّاقِ عَنْ مَعْمَرٍ، عَنِ الزُّهْرِيِّ بِإِسْنَادِهِ، وَقَالَ بَعْضُهُمْ: عِقَالاً، وَرَوَاهُ ابْنُ وَهْبٍ، عَنْ يُونُسَ قَالَ: عَنَاقاً.
قَالَ أَبُو دَاوُدَ: وَقَالَ شُعَيْبُ بْنُ أَبِي حَمْزَةَ وَمَعْمَرٌ وَالزُّبَيْدِيُّ، عَنِ الزُّهْرِيِّ فِي هَذَا الْحَدِيثِ: لَوْ مَنَعُونِي عَنَاقاً، وَرَوَى عَنْبَسَةُ، عَنْ يُونُسَ، عَنِ الزُّهْرِيِّ فِي هَذَا الْحَدِيثِ قَالَ: عَنَاقاً.
عَنِ الزُّهْرِيِّ قَالَ: قَالَ أَبُو بَكْرٍ: إِنَّ حَقَّهُ أَدَاءُ الزَّكَاةِ، وَقَالَ: عِقَالاً.
Абу Хурайра, да будет доволен им Аллах, сказал: «Когда Посланник Аллаха, мир ему и благословение Аллаха, умер, халифом стал Абу Бакр. Некоторые из арабов вернулись к неверию. Тогда ‘Умар ибн аль-Хаттаб сказал Абу Бакру (да будет доволен Аллах ими обоими): “Как же ты можешь сражаться с этими людьми? Ведь Посланник Аллаха, мир ему и благословение Аллаха, сказал: ‹Мне было велено сражаться с этими людьми, пока они не скажут: ‘Нет божества, кроме Аллаха’. А имущество и жизнь того, кто произнёс эти слова, становятся неприкосновенными, и не могут быть отняты иначе, как по праву [Шариата], и лишь Аллах сможет потребовать от него отчёта›!”* Абу Бакр, да будет доволен им Аллах, сказал: “Клянусь Аллахом, я непременно стану сражаться с теми, кто отделяет молитву от закята**, ведь взимать закят с имущества — право [Шариата]***! И, клянусь Аллахом, если они откажутся отдать мне хотя бы путы верблюда, которые отдавали Посланнику Аллаха, мир ему и благословение Аллаха, я стану сражаться с ними из-за этого!” Тогда ‘Умар, да будет доволен им Аллах, сказал: “Клянусь Аллахом, не иначе как Сам Аллах внушил Абу Бакру мысль о сражении, и я понял, что это — правильное решение”****».
Абу Дауд сказал, что ‘Убайда Ма‘мар ибн аль-Мусанна сказал, что ‘икаль — это закят за год, а ‘икалян (двойственное число) — закят за два года.[сахих]. Абу Дауд сказал: «Рабах ибн Зейд и ‘Абду-р-Раззак передают от Ма‘мара от аз-Зухри с его иснадом, причём некоторые упоминали козлёнка».
Абу Дауд сказал: «Шу‘айб ибн Абу Хамза, Ма‘мар и аз-Зубайди передаёт от аз-Зухри в этом хадисе: «Если бы они отказались отдавать мне козлёнка…». ‘Анбаса передаёт от Юнуса от аз-Зухри в этом хадисе: «…козлёнка».
Аз-Зухри сказал: «Абу Бакр сказал: “Поистине, его право — выплата закята”. И он сказал [в этой версии]: “…путы от верблюда”».

Абу Сулейман сказал: «Этот хадис относится к числу важнейших основ религии. Он заключает в себе несколько видов знания и разделов фикха».

Прежде всего, следует рассказать о вероотступниках, с которыми напрямую связан этот хадис. Их можно условно разделить на две группы. Одни отреклись от ислама и вернулись к неверию. Эту группу имел в виду Абу Хурайра, говоря: «Некоторые из арабов вернулись к неверию». Эта группа состояла в действительности из двух подгрупп. Первую составляли сторонники Мусайлимы-лжеца из бану Ханифа и из других племён, считавших его пророком, и сторонники аль-Асвада аль-Анси из числа жителей Йемена и не только. Представители этой подгруппы отрицали пророческую миссию Мухаммада, мир ему и благословение Аллаха,и признавали пророком одну из двух упомянутых личностей. Абу Бакр, да будет доволен им Аллах, сражался с ними и убил Мусайлиму в Ямаме и аль-Анси в Сане, и большинство их было уничтожено.

Что же касается второй подгруппы, то в неё входили вероотступники, которые отреклись от ислама и отвергли нормы Шариата. Они оставили молитву, перестали выплачивать закят и отвергли другие основы религии, известные всем и каждому. Они вернулись к тому, чего придерживались во времена невежества. Молитвы совершались только в трёх мечетях. Это Заповедная мечеть в Мекке, мечеть Пророка, мир ему и благословение Аллаха,в Медине и мечеть ‘Абду-ль-Кайса в Бахрейне в селении Джуваса. Это были люди из племени Азд. Они оставались верны религии до самой победы мусульман при Ямаме.

А вторая группа отступников отделила молитву от закята. Они признавали обязательность молитвы, но отказались выплачивать закят, считая, что выплачивать его имаму (правителю) после Посланника Аллаха, мир ему и благословение Аллаха,необязательно. Эти люди в действительности не были вероотступниками, однако их отнесли к числу вероотступников, потому что появились они в одно время с вероотступниками. Вероотступничество было, несомненно, более серьёзной бедой, чем грех отказавшихся выплачивать закят.

Что же касается сражения с грешниками (багы — باغ), которые отказываются подчиняться имаму (правителю) и выступают против него, стремясь к его свержению, то подобные сражения имели место во времена ‘Али ибн Абу Талиба. В те времена они существовали как отдельная группа и не смешивались с многобожниками.

То, что Абу Бакр, да будет доволен им Аллах, решил сражаться с грешниками, отказавшимися выплачивать закят, служит доказательством правильности мнения ‘Али d, который также сражался с теми, кто отказывался подчиняться имаму (правителю), и с ним согласны все сподвижники, то есть существует согласное мнение (иджма‘ — إجماع) сподвижников в этом вопросе. Среди отказавшихся выплачивать закят были люди, которые сами не отказывались выплачивать закят, однако их предводители заставили их отказаться от своего мнения и не позволили им выплатить закят. Иеется в виду то, что они запретили своим соплеменникам отправлять имущество в Медину, хотя те уже выделили часть своих урожаев и скота в качестве закята и согласились сдать его в общеплеменную казну. В качестве примера можно привести бану Ярбу‘. Они собрали закят и хотели отправить его Абу Бакру, да будет доволен им Аллаха, однако Малик ибн Нувайра не дал им сделать это. Тогда он распределил собранный закят между ними. Он и его единомышленники утверждали, что только у Посланника Аллаха, мир ему и благословение Аллаха, было право взимать закят, и после его кончины никто не имеет права делать это, в том числе и Абу Бакр.

Мы видим, что ‘Умар привёл в доказательство своих слов один хадис, однако текст этого хадиса был обобщённым, неконкретизированным. Абу Бакр же доказывал свои слова только с помощью аналогии. И ‘Умар согласился с его выводом. Это даёт нам понять, что некий обобщённый текст (аята или хадиса) разрешено конкретизировать, используя метод суждения по аналогии. Кроме того, история Абу Бакра и ‘Умара показывает, что необходимо учитывать всё, что содержится в религиозном тексте, а это условия, исключения и т.д. (а не привязываться к поверхностному смыслу, как это сделал ‘Умар вначале). Когда ‘Умар убедился в правильности мнения Абу Бакра, он присоединился к нему в сражении с вероотступниками. На это указывают его слова: «Клянусь Аллахом, не иначе как Сам Аллах внушил Абу Бакру мысль о сражении, и я понял, что это — правильное решение». Он имел в виду, что понял это, когда Абу Бакр привёл ему своё доказательство.

Что же касается людей, которые отказались выплачивать закят, то основа веры у них сохранилась и их никто не называл неверующими. Этих людей (мусульман-грешников) включили в список тех, кого называли тогда «вероотступниками», потому что они отказались совершать нечто из религии, в то время как настоящие вероотступники отказались от ислама полностью. Это можно объяснить тем, что само слово «отступник» означает, что человек отошёл от чего-то из того, чего придерживался.

Что же до Слов Всевышнего «Бери из их имущества пожертвования (закят), чтобы ими очистить и возвысить их» и утверждения о том, что это обращение адресовано исключительно Посланнику Аллаха, мир ему и благословение Аллаха, то обращение в Книге Аллаха бывает трёх видов. Первый вид — общее обращение, то есть обращение ко всей мусульманской общине. Например, Всевышний Аллах сказал: «О те, которые уверовали! Когда вы встаёте на молитву, то умойте ваши лица…» (5:6). Всевышний также сказал: «О те, которые уверовали! Вам предписан пост…» (2:183).

Второй вид обращения в Коране — обращение, адресованное исключительно Пророку, мир ему и благословение Аллаха. Например, Всевышний Аллах сказал: «Бодрствуй часть ночи, читая Коран во время дополнительных молитв, — так предписано тебе» (17:79). Всевышний также сказал: «Последнее дозволено только тебе, но не другим верующим» (33:50).

Третий вид обращения в Коране — обращение к Пророку, мир ему и благословение Аллаха, в действительности адресованное всей мусульманской общине. Например, Всевышний Аллах сказал: «Совершай молитву с полудня до наступления ночного мрака и читай Коран на рассвете» (17:78). Всевышний также сказал: «Когда ты читаешь Коран, то ищи защиты от изгнанного и побиваемого Шайтана у Аллаха» (16:98). Всевышний также сказал: «Когда ты находишься среди них и руководишь их молитвой, то пусть одна группа из них встанет вместе с тобой…» (4:102).

Упомянутые в этих трёх аятах действия должен совершать не только Пророк, мир ему и благословение Аллаха, но и все верующие. К этому же виду обращения относятся Слова Всевышнего «Бери из их имущества пожертвования (закят)…» Иначе говоря, тот, кто займёт место Посланника Аллаха, мир ему и благословение Аллаха, должен будет делать то же, что делал он. Это обращение адресовано Пророку, мир ему и благословение Аллаха, потому что он передаёт своей общине Слова Господа и разъясняет их, то есть верующие воспринимают религию от него как Посланника Аллаха, мир ему и благословение Аллаха.

Что же касается очищения, возвышения и обращения с мольбой за выплачивающего закят, то человек может заслужить всё это посредством покорности Аллаху и Его Посланнику, исполняя веление Всевышнего. Награда, обещанная за совершение определённых дел при жизни Посланника Аллаха, мир ему и благословение Аллаха, ожидает совершающих эти дела и после его кончины. К тому же можно назвать желательным обращение правителя или сборщика закята к Аллаху с мольбой за выплачивающего закят и попросить для него благодати и умножения его имущества, и всегда есть надежда, что Аллах не оставит без ответа его мольбу.

Последними словами Посланника Аллаха, мир ему и благословение Аллаха,не случайно стало напоминание о молитве и невольниках. Перед кончиной он сказал: «Оберегайте молитву! И то, чем овладели ваши десницы…» Сказав это, Посланник Аллаха, мир ему и благословение Аллаха,дал людям понять, что молитва и закят остаются обязательными и что человек, который будет руководить молитвой после него, будет руководить исполнением и другой религиозной обязанности, которую при жизни исполнял Посланник Аллаха, мир ему и благословение Аллаха, а именно сбором закята. Поэтому Абу Бакр, да будет доволен им Аллах, сказал: «Клянусь Аллахом, я непременно стану сражаться с теми, кто отделяет молитву от закята» в качестве очередного доказательства обязательности закята.

Сегодня ислам распространился по миру и всем известно, что мусульманин обязан выплачивать закят. Об этом предписании ислама знает сегодня и учёный, и простой верующий, и никто не имеет права отрицать обязательность закята, чем бы человек ни оправдывал своё отрицание. То же самое можно сказать о каждом, кто отрицает что-то из религиозных предписаний, относительно которых существует согласное мнение учёных мусульманской общины (иджма‘) и знание о которых распространилось достаточно широко. Это пятикратная молитва, пост в рамадане, обязательное совершение полного омовения в случае осквернения, запретность прелюбодеяния, алкоголя, вступления в брак близкими родственницами и так далее. Исключение составляет лишь человек, недавно принявший ислам и не знающий его норм и ограничений. Если такой человек по незнанию отрицает какие-то нормы религии, его не считают из-за этого неверующим. Что же касается малоизвестных норм Шариата, которые обычно известны только знающим мусульманам (запрет жениться одновременно на женщине и её тётке со стороны отца или матери, лишение наследства наследника, преднамеренно убившего того, кому он наследует, выделение бабушке шестой части наследства и так далее), то отрицающий их не считается неверующим, поскольку эти нормы чаще всего неизвестны простым малограмотным в религии мусульманам.

Анас ибн Малик, да будет доволен им Аллах, передаёт, что Посланник Аллаха, мир ему и благословение Аллаха, сказал: «Мне было велено сражаться с этими людьми, пока они не скажут: “Нет божества, кроме Аллаха, и Мухаммад — Его раб и Посланник”, и не начнут обращаться в сторону нашей кыбли, есть мясо зарезанного нами скота и молиться, как молимся мы. Если они сделают это, то защитят от меня своё имущество и жизнь, которые после этого не могут быть отняты у них иначе, как по праву ислама, и у них появятся те же права и обязанности, что и у мусульман».

‘Абдуллах ибн ‘Умар (да будет доволен Аллах им и его отцом) передаёт, что Посланник Аллаха, мир ему и благословение Аллаха, сказал: «Мне было велено сражаться с этими людьми, пока они не засвидетельствуют, что нет божества, кроме Аллаха, и что Мухаммад — Посланник Аллаха, и не начнут совершать молитву и выплачивать закят. Кто сделал это, тот защитил от меня своё имущество и жизнь, которые после этого не могут быть отняты у него иначе, как по праву ислама, и лишь Аллах сможет потребовать от него отчёта».

Слова Посланника Аллаха, мир ему и благословение Аллаха, «Мне было велено сражаться с этими людьми, пока они не засвидетельствуют, что нет божества, кроме Аллаха» относятся только к язычникам и не относятся к людям Писания (иудеям и христианам).

Слова Посланника Аллаха, мир ему и благословение Аллаха, «…и лишь Аллах сможет потребовать от него отчёта» означают, что Аллах спросит с этих людей за то, что они скрывали в своих душах, а не за очевидное нарушение ими норм Шариата.

Из хадиса можно понять, что, если человек ведёт себя как мусульманин и при этом скрывает в своём сердце неверие, к нему следует относиться как к мусульманину и его покаяние принимается, если он покается и признается, что ранее был в душе неверующим и лишь делал вид, что является мусульманином. Таково мнение большинства учёных.

Имам Малик считал, что покаяние лицемера, который был неверующим, но демонстрировал ислам, не принимается. Передают, что такого же мнения придерживался Ахмад ибн Ханбаль.

Учёные разошлись во мнениях относительно того, берётся ли закят с ягнят. Абу Ханифа и Мухаммад ибн аль-Хасан считали, что нет. В действительности от Абу Ханифы передаётся несколько мнений, и это — наиболее достоверное. Ахмад ибн Ханбаль придерживался такого же мнения. От Суфьяна ас-Саури также передают два мнения. Одно совпадает с мнением Ахмада. Согласно второму, сборщик закята должен взять взрослое животное, а потом вернуть владельцу скота разницу между взрослым животным и маленьким в его стаде. Имам Малик сказал: «С молодняка взимается взрослое животное». Имам аш-Шафи‘и сказал: «С каждых сорока ягнят берётся один». Такого же мнения придерживались аль-Авза‘и, Абу Юсуф и Исхак ибн Рахавейхи.

Что же касается слова «‘икаль», то учёные дают ему разные толкования. Абу ‘Убайд аль-Касим ибн Салям сказал, что имеется в виду закят. А другие сказали, что имеются в виду путы верблюда. Ведь выплачивающий закят обязан передать свой закят сборщику закята, а верблюда невозможно вести, если на нем нет никакой сбруи.

Ибн ‘Аиша говорит: «Обычно сборщики закята брали верёвку и связывали верблюдов по два, сближая их шеи, чтобы они не разбредались и не терялись, и каждая такая пара называлась “‘икаль”».

Абу аль-‘Аббас Мухаммад ибн Язид ан-Нахви сказал: «Если сборщик закята брал верблюдов, люди говорили: “Он взял ‘икаль”. А когда он брал стоимость верблюдов, они говорили: “Он взял накд”».

Некоторые учёные считали, что слова Абу Бакра «Если они откажутся отдать мне хотя бы путы верблюда, которые отдавали Посланнику Аллаха, мир ему и благословение Аллаха, я стану сражаться с ними из-за этого» свидетельствуют о том, что с верблюжьих пут взимается закят, если они относятся к предметам торговли и их ценность вместе с остальными достигает нисаба, то есть нижнего предела, начиная с которого с имущества взимается закят.

Из этого толкования можно понять, что взимать закят с предметов торговли обязательно. А Дауд аз-Захири утверждал, что ни с каких предметов торговли закят не взимается.

Из хадиса также можно понять, что, если один сподвижник в чём-то противоречит остальным, его мнение считается возражением, которое обязательно учитывают, а не незначительным противоречием, на которое можно не обращать внимание.

Из хадиса также можно понять, что, если в определённую эпоху между учёными возникают разногласия в каком-то вопросе, но до окончания этой эпохи эти разногласия исчезают и появляется согласное мнение (иджма‘), оно аннулирует прежние разногласия, как будто их и не было.

Хадис 1558
сахих
عَنْ أَبِي سَعِيدٍ الْخُدْرِيّ يَقُولُ: قَالَ رَسُولُ اللَّهِ صَلَّى اللَّهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ: لَيْسَ فِيمَا دُونَ خَمْسِ ذَوْدٍ صَدَقَةٌ، وَلَيْسَ فِيمَا دُونَ خَمْسِ أَوَاقٍ صَدَقَةٌ، وَلَيْسَ فِيمَا دُونَ خَمْسَةِ أَوْسُقٍ صَدَقَةٌ.
Абу Са‘ид аль-Худри, да будет доволен им Аллах, передаёт, что Посланник Аллаха, мир ему и благословение Аллаха,сказал: «Не следует выплачивать закят со стада, состоящего менее чем из пяти верблюдов, и не следует выплачивать закят с менее чем пяти окий* серебра, и не следует выплачивать закят с урожая менее чем в пять васков**»***.

Абу Ханифа считал, что закят должен взиматься со всего, что производит земля. Он исключил лишь тростник, траву и другие подобные растения.

Из хадиса можно понять, что с зерновых и плодов закят не взимается до тех пор, пока их не станет более пяти васков.

Слова Посланника Аллаха, мир ему и благословение Аллаха, «Не следует выплачивать закят с менее чем пяти окий серебра» указывают на то, что, если имеются двести дирхемов, однако вес их чуть меньше обычного или если их меньше и они соответствуют двадцати динарам, закят с них не взимается.

Из хадиса можно понять, что закят с серебра взимается в зависимости от веса, а не от стоимости.

Этот хадис могут использовать в качестве доказательства те, кто считает, что, если металла меньше пяти окий, то с него не взимается закят. Такого мнения придерживался имам аш-Шафи‘и.

Из хадиса можно понять, что, если дирхемов более двухсот, то закят с них берётся, потому что слова Посланника Аллаха, мир ему и благословение Аллаха, «Не следует выплачивать закят с менее чем пяти окий серебра» указывают на то, что с пяти и более окий закят уже взимается, и неважно, намного ли сумма больше пяти окий, или чуть больше, — важно, что она превысила установленный предел. То же самое можно сказать о пяти васках. Посланник Аллаха, мир ему и благословение Аллаха, сказал: «Не следует выплачивать закят с урожая менее чем в пять васков». Эти слова указывают на то, что с пяти и более васков закят уже взимается, и неважно, намного ли количество плодов больше пяти васков, или чуть больше, — важно, что оно превысило установленный предел.

Из хадиса можно понять, что серебро не присоединяется к золоту, когда считают, есть ли у человека нисаб и должен ли он платить закят. Для каждого вида должен быть отдельный учёт, и учёные согласны в том, что овец не соединяют с верблюдами и коровами, а считают поголовье каждого вида отдельно и финики не смешивают с изюмом, а считают отдельно количество того и другого.

Учёные разошлись во мнениях относительно того, нужно ли присоединять пшеницу к ячменю и считать их вместе, или же нужно считать отдельно пшеницу и отдельно ячмень. Большинство учёных сказали, эти два вида зерновых не нужно соединять при подсчёте.

Учёные разошлись во мнениях и относительно того, нужно ли присоединять золото к серебру и считать их вместе, или же нужно считать отдельно золото и отдельно серебро. Имам Малик, аль-Авза‘и, Суфьян ас-Саури и ахль ар-райй считали, что их нужно соединять. Имам аш-Шафи‘и и Ахмад ибн Ханбаль сказали, что серебро не должно присоединяться к золоту. Для каждого вида должен быть отдельный учёт. Такого мнения придерживались Ибн Абу Лейля и Абу ‘Убайд.

При этом учёные согласны в том, что овец соединяют при подсчёте с козами. В арабском языке оба вида обозначаются общим словом «ганам».

Учёные разошлись во мнениях относительно того, что следует делать человеку, у которого есть сто дирхемов и есть товар стоимостью в сто дирхемов и который владел этим имуществом в течение целого года. Некоторые учёные считают, что эти два вида имущества следует соединить и выплатить с них закят.

Хадисы 1559-1560
да‘иф - сахих макту‘
عَنْ أَبِي سَعِيدٍ الْخُدْرِيِّ، يَرْفَعُهُ إِلَى النَّبِيِّ صَلَّى اللَّهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ قَالَ: لَيْسَ فِيمَا دُونَ خَمْسَةِ أَوْسُاقٍ زَكَاةٌ. وَالْوَسْقُ: سِتُّونَ مَخْتُوماً.
عَنْ إِبْرَاهِيمَ قَالَ: الْوَسْقُ: سِتُّونَ صَاعاً مَخْتُوماً بِالْحَجَّاجِيِّ.
Абу Са‘ид аль-Худри, да будет доволен им Аллах, передаёт, что Пророк, мир ему и благословение Аллаха,сказал: «Закят не берётся с менее чем пятидесяти васков. А васк — это шестьдесят махтумов (са‘)».
Ибрахим сказал, что один васк равен шестидесяти са‘, согласно мерам времён аль-Хаджжаджа.

Абу Дауд сказал, что аль-Бахтари не слышал хадисов от Абу Са‘ида.

Хадис 1561
да‘иф
عَنْ حَبِيب الْمَالِكِيّ قَالَ: قَالَ رَجُلٌ لِعِمْرَانَ بْنِ حُصَيْنٍ: يَا أَبَا نُجَيْدٍ، إِنَّكُمْ لَتُحَدِّثُونَنَا بِأَحَادِيثَ مَا نَجِدُ لَهَا أَصْلاً فِي الْقُرْآنِ؟ فَغَضِبَ عِمْرَانُ وَقَالَ لِلرَّجُلِ: أَوَجَدْتُمْ فِي كُلِّ أَرْبَعِينَ دِرْهَماً دِرْهَمٌ، وَمِنْ كُلِّ كَذَا وَكَذَا شَاةً شَاةٌ، وَمِنْ كُلِّ كَذَا وَكَذَا بَعِيراً كَذَا وَكَذَا، أَوَجَدْتُمْ هَذَا فِي الْقُرْآنِ؟ قَالَ: لاَ، قَالَ: فَعَنْ مَنْ أَخَذْتُمْ هَذَا ؟ أَخَذْتُمُوهُ عَنَّا، وَأَخَذْنَاهُ عَنْ نَبِيِّ اللَّهِ صَلَّى اللَّهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ، وَذَكَرَ أَشْيَاءَ نَحْوَ هَذَا.
Хабиб аль-Малики передаёт: «Один человек сказал ‘Имрану ибн Хусайну (да будет доволен Аллах им и его отцом): “О Абу Нуджайд, порой вы говорите нам нечто такое, основы чего мы не находим в Коране”. ‘Имран разгневался и сказал этому человеку: “Вы видите в Коране предписание о том, что с каждых сорока дирхемов полагается выплачивать закят в размере одного дирхема, а со стольких-то овец отдавать одну овцу и со стольких-то верблюдов — одного верблюда?”* Он ответил: “Нет”. ‘Имран сказал: “Откуда же вы тогда взяли это? От нас. А мы переняли это от Пророка Аллаха, мир ему и благословение Аллаха”. И он привёл ещё несколько подобных примеров»**.
Хадис 1562
да‘иф
عَنْ سَمُرَةَ بْنِ جُنْدُبٍ قَالَ: أَمَّا بَعْدُ، فَإِنَّ رَسُولَ اللَّهِ صَلَّى اللَّهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ كَانَ يَأْمُرُنَا أَنْ نُخْرِجَ الصَّدَقَةَ مِنَ الَّذِي نُعِدُّ لِلْبَيْعِ.
Самура ибн Джундуб, мир ему и благословение Аллаха, передаёт: «И далее… Поистине, Посланник Аллаха, мир ему и благословение Аллаха, велел нам выплачивать закят с того, что мы приготовили для продажи».
Хадис 1563
хасан
عَنْ عَمْرِو بْنِ شُعَيْبٍ، عَنْ أَبِيهِ، عَنْ جَدِّهِ، أَنَّ امْرَأَةً أَتَتْ رَسُولَ اللَّهِ صَلَّى اللَّهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ، وَمَعَهَا ابْنَةٌ لَهَا، وَفِي يَدِ ابْنَتِهَا مَسَكَتَانِ غَلِيظَتَانِ مِنْ ذَهَبٍ، فَقَالَ لَهَا: أَتُعْطِينَ زَكَاةَ هَذَا؟ قَالَتْ: لاَ، قَالَ: أَيَسُرُّكِ أَنْ يُسَوِّرَكِ اللَّهُ بِهِمَا يَوْمَ الْقِيَامَةِ سِوَارَيْنِ مِنْ نَارٍ؟ قَالَ: فَخَلَعَتْهُمَا فَأَلْقَتْهُمَا إِلَى النَّبِيِّ صَلَّى اللَّهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ وَقَالَتْ: هُمَا لِلَّهِ وَلِرَسُولِهِ.
‘Амр ибн Шу‘айб передаёт от своего отца рассказ его деда [‘Абдуллаха ибн ‘Амра ибн аль-‘Аса, да будет доволен Аллах им и его отцом]: «Одна женщина пришла к Посланнику Аллаха, мир ему и благословение Аллаха, а с ней была её дочь, на руке которой было два тяжёлых золотых браслета. Посланник Аллаха, мир ему и благословение Аллаха, сказал ей: “Выплачиваешь ли ты с них закят?” Она сказала: “Нет”. Он сказал: “Неужели ты желаешь, чтобы в Судный день Аллах превратил их для тебя в два браслета из огня?”* Услышав это, она сняла браслеты, бросила их перед Пророком, мир ему и благословение Аллаха, и сказала: “Пусть они принадлежат Аллаху и Его Посланнику!”»
Хадис 1564
хасан
عَنْ أُمِّ سَلَمَةَ قَالَتْ: كُنْتُ أَلْبَسُ أَوْضَاحاً مِنْ ذَهَبٍ، فَقُلْتُ: يَا رَسُولَ اللَّهِ، أَكَنْزٌ هُوَ؟ فَقَالَ: مَا بَلَغَ أَنْ تُؤَدَّى زَكَاتُهُ فَزُكِّيَ فَلَيْسَ بِكَنْزٍ.

Умм Саляма, да будет доволен ею Аллах, передаёт: «Я носила золотые украшения и как-то спросила Посланника Аллаха, мир ему и благословение Аллаха: “Является ли это накопительством?”* [Посланник Аллаха, мир ему и благословение Аллаха] сказал: “Если их стоимость такова, что с них нужно выплачивать закят, и с них выплачивается закят, то нет”».

Хадисы 1565-1566
сахих - да‘иф
عَنْ عَبْدِ اللهِ بْنِ شَدَّادِ بْنِ الْهَادِ، أَنَّهُ قَالَ: دَخَلْنَا عَلَى عَائِشَةَ زَوْجِ النَّبِيِّ صَلَّى اللَّهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ فَقَالَتْ: دَخَلَ عَلَيَّ رَسُولُ اللَّهِ صَلَّى اللَّهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ فَرَأَى فِي يَدِي فَتَخَاتٍ مِنْ وَرِقٍ، فَقَالَ: مَا هَذَا يَا عَائِشَةُ؟ فَقُلْتُ: صَنَعْتُهُنَّ أَتَزَيَّنُ لَكَ يَا رَسُولَ اللَّهِ، قَالَ: أَتُؤَدِّينَ زَكَاتَهُنَّ؟ قُلْتُ: لاَ، أَوْ مَا شَاءَ اللَّهُ، قَالَ: هُوَ حَسْبُكِ مِنَ النَّارِ.
عَنْ عُمَرَ بْنِ يَعْلَى، فَذَكَرَ الْحَدِيثَ نَحْوَ حَدِيثِ الْخَاتَمِ، قِيلَ لِسُفْيَانَ: كَيْفَ تُزَكِّيهِ؟ قَالَ: تَضُمُّهُ إِلَى غَيْرِهِ.
‘Абдуллах ибн Шаддад ибн аль-Хад передаёт: «Мы зашли к ‘Аише, да будет доволен ею Аллах, жене Пророка, мир ему и благословение Аллаха,  и она сказала: “Однажды ко мне зашёл Посланник Аллаха, мир ему и благословение Аллаха, и увидел на моей руке большие серебряные перстни. Он спросил: ‹Что это, о ‘Аиша?› Я сказала: ‹Я сделала их, чтобы украсить себя для тебя, о Посланник Аллаха›. Он спросил: ‹А выплачиваешь ли ты с них закят?› Я сказала: ‹Нет› — или же я сказала нечто похожее, что пожелал Аллах. Тогда он сказал: ‹Это твоя доля Огня›”».
‘Умар ибн Я‘ля передаёт подобный хадис. Однажды Суфьяна спросили о том, как следует выплачивать закят с перстня, и он сказал: «Его присоединяют к остальным ценностям и выплачивают закят».

Чаще всего перстни не достигают нисаба, поэтому с них одних владельцу обычно не приходится выплачивать закят. Посланник Аллаха, мир ему и благословение Аллаха, имел в виду, что эти перстни нужно присоединить к остальным драгоценностям, а потом выплатить с них закят.

Некоторые из тех, кто считает, что выплачивать закят с драгоценностей, которые человек носит (серебряные перстни и так далее), не нужно, сказали, что, если мужчина приобрёл столько перстней, что он не может носить их все одновременно, он должен выплачивать с них закят. Если количество перстней не выходит за пределы обычного, выплачивать закят с них не нужно.

Хадис 1567
сахих
عَنْ حَمَّاد قَالَ: أَخَذْتُ مِنْ ثُمَامَةَ بْنِ عَبْدِ اللَّهِ بْنِ أَنَسٍ كِتَاباً زَعَمَ أَنَّ أَبَا بَكْرٍ كَتَبَهُ لأَنَسٍ، وَعَلَيْهِ خَاتَمُ رَسُولِ اللَّهِ صَلَّى اللَّهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ، حِينَ بَعَثَهُ مُصَدِّقاً، وَكَتَبَهُ لَهُ فَإِذَا فِيهِ: هَذِهِ فَرِيضَةُ الصَّدَقَةِ الَّتِي فَرَضَهَا رَسُولُ اللَّهِ صَلَّى اللَّهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ عَلَى الْمُسْلِمِينَ الَّتِي أَمَرَ اللَّهُ بِهَا نَبِيَّهُ صَلَّى اللَّهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ، فَمَنْ سُئِلَهَا مِنَ الْمُسْلِمِينَ عَلَى وَجْهِهَا فَلْيُعْطِهَا، وَمَنْ سُئِلَ فَوْقَهَا فَلاَ يُعْطِهِ: فِيمَا دُونَ خَمْسٍ وَعِشْرِينَ مِنَ الإِبِلِ . الْغَنَمُ: فِي كُلِّ خَمْسِ ذَوْدٍ شَاةٌ، فَإِذَا بَلَغَتْ خَمْساً وَعِشْرِينَ فَفِيهَا بِنْتُ مَخَاضٍ، إِلَى أَنْ تَبْلُغَ خَمْساً وَثَلاَثِينَ، فَإِنْ لَمْ يَكُنْ فِيهَا بِنْتُ مَخَاضٍ فَابْنُ لَبُونٍ ذَكَرٌ، فَإِذَا بَلَغَتْ سِتًّا وَثَلاَثِينَ فَفِيهَا بِنْتُ لَبُونٍ إِلَى خَمْسٍ وَأَرْبَعِينَ، فَإِذَا بَلَغَتْ سِتًّا وَأَرْبَعِينَ فَفِيهَا حِقَّةٌ طَرُوقَةُ الْفَحْلِ إِلَى سِتِّينَ، فَإِذَا بَلَغَتْ إِحْدَى وَسِتِّينَ فَفِيهَا جَذَعَةٌ إِلَى خَمْسٍ وَسَبْعِينَ، فَإِذَا بَلَغَتْ سِتًّا وَسَبْعِينَ فَفِيهَا ابْنَتَا لَبُونٍ إِلَى تِسْعِينَ، فَإِذَا بَلَغَتْ إِحْدَى وَتِسْعِينَ فَفِيهَا حِقَّتَانِ طَرُوقَتَا الْفَحْلِ إِلَى عِشْرِينَ وَمِائَةٍ، فَإِذَا زَادَتْ عَلَى عِشْرِينَ وَمِائَةٍ، فَفِي كُلِّ أَرْبَعِينَ بِنْتُ لَبُونٍ، وَفِي كُلِّ خَمْسِينَ حِقَّةٌ، فَإِذَا تَبَايَنَ أَسْنَانُ الإِبِلِ فِي فَرَائِضِ الصَّدَقَاتِ، فَمَنْ بَلَغَتْ عِنْدَهُ صَدَقَةُ الْجَذَعَةِ وَلَيْسَتْ عِنْدَهُ جَذَعَةٌ وَعِنْدَهُ حِقَّةٌ فَإِنَّهَا تُقْبَلُ مِنْهُ، وَأَنْ يَجْعَلَ مَعَهَا شَاتَيْنِ، إِنِ اسْتَيْسَرَتَا لَهُ، أَوْ عِشْرِينَ دِرْهَماً، وَمَنْ بَلَغَتْ عِنْدَهُ صَدَقَةُ الْحِقَّةِ وَلَيْسَتْ عِنْدَهُ حِقَّةٌ وَعِنْدَهُ جَذَعَةٌ فَإنَّهَا تُقْبَلُ مِنْهُ وَيُعْطِيهِ الْمُصَدِّقُ عِشْرِينَ دِرْهَماً أَوْ شَاتَيْنِ، وَمَنْ بَلَغَتْ عِنْدَهُ صَدَقَةُ الْحِقَّةِ وَلَيْسَت عِنْدَهُ حِقَّةٌ وَعِنْدَهُ ابْنَةُ لَبُونٍ فَإِنَّهَا تُقْبَلُ مِنْهُ. قَالَ أَبُو دَاوُدَ: مِنْ هَا هُنَا لَمْ أَضْبِطْهُ عَنْ مُوسَى كَمَا أُحِبُّ. وَيَجْعَلُ مَعَهَا شَاتَيْنِ إِنِ اسْتَيْسَرَتَا لَهُ أَوْ عِشْرِينَ دِرْهَماً، وَمَنْ بَلَغَتْ عِنْدَهُ صَدَقَةُ بِنْتِ لَبُونٍ وَلَيْسَ عِنْدَهُ إِلاَّ حِقَّةٌ فَإِنَّهَا تُقْبَلُ مِنْهُ. قَالَ أَبُو دَاوُدَ: إِلَى هَا هُنَا، ثُمَّ أَتْقَنْتُهُ. وَيُعْطِيهِ الْمُصَدِّقُ عِشْرِينَ دِرْهَماً أَوْ شَاتَيْنِ، وَمَنْ بَلَغَتْ عِنْدَهُ صَدَقَةُ ابْنَةِ لَبُونٍ وَلَيْسَ عِنْدَهُ إِلاَّ بِنْتُ مَخَاضٍ فَإِنَّهَا تُقْبَلُ مِنْهُ وَشَاتَيْنِ أَوْ عِشْرِينَ دِرْهَماً، وَمَنْ بَلَغَتْ عِنْدَهُ صَدَقَةُ ابْنَةِ مَخَاضٍ وَلَيْسَ عِنْدَهُ إِلاَّ ابْنُ لَبُونٍ ذَكَرٌ فَإِنَّهُ يُقْبَلُ مِنْهُ، وَلَيْسَ مَعَهُ شَيْءٌ، وَمَنْ لَمْ يَكُنْ عِنْدَهُ إِلاَّ أَرْبَعٌ فَلَيْسَ فِيهَا شَيْءٌ، إِلاَّ أَنْ يَشَاءَ رَبُّهَا. وَفِي سَائِمَةِ الْغَنَمِ، إِذَا كَانَتْ أَرْبَعِينَ فَفِيهَا شَاةٌ إِلَى عِشْرِينَ وَمِائَةٍ، فَإِذَا زَادَتْ عَلَى عِشْرِينَ وَمِائَةٍ فَفِيهَا شَاتَانِ إِلَى أَنْ تَبْلُغَ مِائَتَيْنِ، فَإِذَا زَادَتْ عَلَى مِائَتَيْنِ فَفِيهَا ثَلاَثُ شِيَاهٍ إِلَى أَنْ تَبْلُغَ ثَلاَثَمِائَةٍ، فَإِذَا زَادَتْ عَلَى ثَلاَثِمِائَةٍ فَفِي كُلِّ مِائَةِ شَاةٍ شَاةٌ. وَلاَ يُؤْخَذُ فِي الصَّدَقَةِ هَرِمَةٌ، وَلاَ ذَاتُ عَوَارٍ مِنَ الْغَنَمِ، وَلاَ تَيْسُ الْغَنَمِ، إِلاَّ أَنْ يَشَاءَ الْمُصَّدِّقُ، وَلاَ يُجْمَعُ بَيْنَ مُفْتَرِقٍ، وَلاَ يُفَرَّقُ بَيْنَ مُجْتَمِعٍ خَشْيَةَ الصَّدَقَةِ، وَمَا كَانَ مِنْ خَلِيطَيْنِ فَإِنَّهُمَا يَتَرَاجَعَانِ بَيْنَهُمَا بِالسَّوِيَّةِ، فَإِنْ لَمْ تَبْلُغْ سَائِمَةُ الرَّجُلِ أَرْبَعِينَ فَلَيْسَ فِيهَا شَيْءٌ إِلاَّ أَنْ يَشَاءَ رَبُّهَا. وَفِي الرِّقَةِ رُبْعُ الْعُشْرِ، فَإِنْ لَمْ يَكُنِ الْمَالُ إِلاَّ تِسْعِينَ وَمِائَةً فَلَيْسَ فِيهَا شَيءٌ إِلاَّ أَنْ يَشَاءَ رَبُّهَا.
Хаммад передаёт: «Я взял у Сумамы ибн Абдуллаха ибн Анаса свиток, в котором говорилось, что Абу Бакр, да будет доволен им Аллах, написал его Анасу и на нём была печать Посланника Аллаха, мир ему и благословение Аллаха. Он тогда направил его для сбора закята. В нём говорилось следующее: “Это предписание относительно закята, который Посланник Аллаха, мир ему и благословение Аллаха, вменил в обязанность мусульманам по велению Аллаха, отданному Им Его Пророку: пусть каждый, у кого потребуют выплатить его в установленных размерах, отдаёт его, а с кого станут требовать больше, пусть не даёт больше положенного*. Со стада менее двадцати пяти верблюдов следует выплачивать закят овцами — одну овцу с каждых пяти верблюдов. Если в стаде от двадцати пяти до тридцати пяти верблюдов, за них следует отдать одну годовалую верблюдицу, если же нет годовалой верблюдицы, следует отдать двухлетнего верблюда. Если количество их составляет от тридцати шести до сорока пяти, за них следует отдать одну двухлетнюю верблюдицу. Если количество их составляет от сорока шести до шестидесяти, за них следует отдать одну зрелую трёхлетнюю верблюдицу. Если количество их составляет от шестидесяти одного до семидесяти пяти, за них следует отдать одну четырёхлетнюю верблюдицу. Если количество их составляет от семидесяти шести до девяноста, за них следует отдать двух двухгодовалых верблюдиц. Если количество их составляет от девяноста одного до ста двадцати, за них следует отдать двух зрелых трёхлетних верблюдиц. Если же количество их превышает сто двадцать, то за каждые сорок верблюдов следует отдать одну двухлетнюю верблюдицу, а за каждые пятьдесят — одну трёхлетнюю. Поскольку возраст верблюдов различается, то, если человек должен отдать в качестве закята четырёхлетнюю, а у него есть только трёхлетняя, то от него следует принять трёхлетнюю, в придачу к которой он должен отдать две овцы, если они у него имеются, или двадцать дирхемов. А если человек должен отдать в качестве закята трёхлетнюю, а у него есть только четырёхлетняя, то от него следует принять четырёхлетнюю, но при этом сборщик закята должен отдать ему две овцы или двадцать дирхемов. Если человек должен отдать в качестве закята трёхлетнюю, а у него есть только двухлетняя, то от него следует принять двухлетнюю, в придачу к которой он должен отдать две овцы, если они у него имеются, или двадцать дирхемов. А если человек должен отдать в качестве закята двухлетнюю, а у него есть только трёхлетняя, то от него следует принять трёхлетнюю, но при этом сборщик закята должен отдать ему две овцы или двадцать дирхемов. Если человек должен отдать в качестве закята двухлетнюю, а у него есть только годовалая, то от него следует принять годовалую, в придачу к которой он должен отдать две овцы, если они у него имеются, или двадцать дирхемов. А если человек должен отдать в качестве закята годовалую, а у него есть только двухлетний верблюд, то от него следует принять его и больше сборщик закята ему ничего не должен. В том случае, когда человек владеет только четырьмя верблюдами, он не обязан отдавать с них закят, если только сам не пожелает этого… Если в пасущемся стаде насчитывается от сорока до ста двадцати овец, с них взимается одна овца**. Если их от ста двадцати одной до двухсот, за них следует отдать двух овец. Если их от двухсот одной до трёхсот, за них следует отдать трёх овец. А если их будет больше трёхсот, то с каждой сотни следует отдать по одной овце. И не следует брать в качестве закята ни старых животных, ни тех, у которых есть какие-нибудь пороки, ни козлов, если только сборщик закята не согласится на это. И люди не должны объединять свои стада и, напротив, разделять их из опасения, что с них придётся выплачивать закят. Если стада двух человек объединены в одно, то закят берётся с одного, а потом второй возмещает ему свою долю по справедливости***. Если в пасущемся стаде овец, принадлежащем человеку, будет не сорок овец, а хотя бы на одну меньше, то закят с них отдавать необязательно, если только сам хозяин не пожелает сделать это. Что же касается серебра, то с него взимается четверть десятой части его стоимости. В том случае, когда серебра не более ста девяноста дирхемов, закят с него выплачивать необязательно, если только этого не пожелает его владелец”».

Словам «Это предписание относительно закята, который Посланник Аллаха, мир ему и благословение Аллаха, вменил в обязанность мусульманам…» учёные дали два толкования. Согласно первому толкованию, имеется в виду, что Посланник Аллаха, мир ему и благословение Аллаха, передал людям повеление Всевышнего выплачивать закят, то есть они узнали о своей новой обязанности через него, и поэтому было сказано: «…который Посланник Аллаха, мир ему и благословение Аллаха, вменил в обязанность мусульманам». Другими словами, Посланник Аллаха, мир ему и благословение Аллаха, рассказал мусульманам о закяте, разъяснил им, что это обязанность, возложенная на них Всевышним, и побудил их выплачивать его. Ибн аль-А‘раби сказал, что слова «вменил в обязанность» означают «положил начало, ввёл в практику».

Нечто похожее сказал Абу аль-‘Аббас Ахмад ибн Яхья.

Согласно второму толкованию, под словами «вменил в обязанность» имеется в виду разъяснение количественных норм, которые необходимо знать для выплаты закята. Всевышний Аллах сказал: «На вас не будет греха, если вы разведётесь с жёнами, не коснувшись их и не установив для них обязательное вознаграждение (махр)» (2:236). В этом аяте употреблён тот же глагол фарада (فرض), означающий ‘вменять в обязанность’. Толкованием к словам: «вменил в обязанность» можно считать Слова Всевышнего «…чтобы ты разъяснил людям то, что им ниспослано» (16:44).

Из хадиса также можно понять, что, если число верблюдов превысило сто двадцать, считают их уже по-другому, поскольку в хадисе сказано: «Если же количество их превышает сто двадцать, то за каждые сорок верблюдов следует отдать одну двухгодовалую верблюдицу, а за каждые пятьдесят — одну трёхгодовалую». А число верблюдов может превышать сто двадцать всего на одного верблюда. С подобных надбавок дополнительный закят не взимается. А если к предельной надбавке добавить ещё одно животное, то объём взимаемого закята изменится. Например, с тридцати пяти верблюдов взимается один закят, а с тридцати шести — уже другой.

Учёные разошлись во мнениях относительно того, как следует поступать, когда число верблюдов превысило сто двадцать. Имам аш-Шафи‘и считал, что, если у человека имеется сто двадцать один верблюд, он должен отдать за них трёх двухлетних верблюдиц. Такого же мнения придерживался Исхак ибн Рахавейхи.

А Ахмад ибн Ханбаль сказал, что с верблюдов, которые имеются у человека сверх ста двадцати, не взимается закят до тех пор, пока численность их не дойдёт до тридцати. Он считал этих верблюдов промежуточным количеством между двумя количествами, с которых взимается закят. Такого же мнения придерживались Абу ‘Убайд и имам Малик. Некоторые сторонники этого мнения обосновывают его следующим образом. В хадисе сказано: «Если же количество их превышает сто двадцать, то за каждые сорок верблюдов следует отдать одну двухгодовалую верблюдицу, а за каждые пятьдесят — одну трёхгодовалую». Из этих слов можно понять, что изменение количества предполагает, что отдавать в качестве закята нужно будет верблюдов обоих возрастов. В действительности же это не обязательно, потому что изменение связано с появлением верблюдов сверх ста двадцати. Когда число верблюдов превышает сто двадцать, с каждых сорока следует отдавать двухлетнюю верблюдицу, а с пятидесяти — трёхлетнюю. Речь идёт о ста двадцати верблюдах, а это три раза по сорок. Что же до верблюдов двух возрастов, то, если даже в предписании упоминаются двухлетние и трёхлетние, то это вовсе не означает, что в каком-то случае нужно отдавать верблюдов разных возрастов. В действительности в зависимости от числа верблюдов за них отдаётся определённое количество либо двухлетних, либо трёхлетних верблюдиц, а не несколько верблюдиц разных возрастов.

Ибрахим ан-Наха‘и сказал: «Если верблюдов больше ста двадцати, то за каждые пять из них нужно брать овцу, за каждые десять — две овцы, а за каждые пятнадцать — три овцы. Когда число верблюдов достигнет ста сорока, за них следует отдавать двух трёхлетних верблюдиц и четырёх овец, ста сорока пяти — двух трёхлетних верблюдиц и одну годовалую. Если верблюдов сто пятьдесят, за них следует отдавать трёх трёхлетних верблюдиц. Если верблюдов ещё больше, то подсчёт ведётся, как указано выше». Это мнение Абу Ханифы. ‘Али, да будет доволен им Аллах, сказал: «Если число верблюдов превысило сто двадцать, нужно начать отсчёт заново». Ибн аль-Мунзир сказал: «Это сообщение от ‘Али недостоверно».

Мухаммад ибн Джарир ат-Табари сказал: «Если верблюдов больше ста двадцати, выплачивающий закят имеет право выбирать. Он может возобновить счёт в соответствии с прежней системой, а может отдать закят согласно новым подсчётам, которые проводятся, когда число верблюдов превышает сто двадцать, поскольку до нас дошли упоминания и о том, и о другом способе».

Это утверждение неверное, потому что мусульманская община разделила эти два мазхаба, и разногласия в этом вопросе хорошо известны учёным. Те, кто считает, что нужно возобновить счёт в соответствии с прежней системой, не считают дозволенным отдавать закят согласно новым подсчётам, которые проводятся, когда число верблюдов превышает сто двадцать. И наоборот: те, кто считает, что нужно отдавать закят согласно новым подсчётам, которые проводятся, когда число верблюдов превышает сто двадцать, не считают дозволенным возобновлять счёт в соответствии с прежней системой. Эти два утверждения противоречат друг другу. Они взаимоисключающие. Хадис Анаса достоверен, и его приводит аль-Бухари. А хадис ‘Асыма ибн Дамры от ‘Али — слабый и не выдерживает сравнения с хадисом Анаса.

Абу Дауд привёл оба хадиса, упомянув о том, что хадис ‘Али в действительности не хадис, а слова самого ‘Али d.

С точки зрения фикха из хадиса следует, что выплачивающий закят имеет право отдать две овцы или двадцать дирхемов по своему усмотрению и он может отдать двадцать дирхемов, даже если у него есть овцы. Верно и обратное: имея деньги, он может отдать овец, если пожелает. Таким образом, деньги можно отдать не только в том случае, если у человека не найдётся двух овец, и овец можно отдавать не только в том случае, если у него нет двадцати дирхемов.

Учёные разошлись во мнениях относительно того, как следует выплачивать закят, если возникла описанная выше ситуация. Ан-Наха‘и, имам аш-Шафи‘и и Исхак ибн Рахавейхи считали, что нужно поступать в соответствии с очевидным смыслом хадиса.

Ас-Саури сказал, что человек должен отдать десять дирхемов или две овцы. Такого же мнения придерживался Абу ‘Убайд. А имам Малик сказал, что выплачивающий закят должен купить животное соответствующего возраста и отдать сборщику закята.

Ханафиты разрешают производить взаимозачёт, если у обеих сторон (сборщика и плательщика) имеются обязательства друг перед другом.

Наиболее правильное из этих мнений — мнение тех, кто считает, что овцы и дирхемы — две отдельные, независимые друг от друга основы и их нельзя заменять их стоимостью. А иначе не было бы смысла брать животное старшего возраста с увеличением числа верблюдов, а также возмещать различия между ними с помощью двух овец или двадцати дирхемов. А Аллах знает обо всём лучше.

Имам аш-Шафи‘и считал, что, если, например, человек должен отдать четырёхлетнюю верблюдицу, а у него есть только двухлетняя, он должен отдать вместе с ней четыре овцы или сорок дирхемов.

Некоторые ахль аль-хадис считают, что нельзя заменять животное одного возраста (упомянутого в хадисе) животным другого возраста при выплате закята. А имам аш-Шафи‘и сказал: «Если человек должен отдать двухлетнюю верблюдицу, а у него есть только трёхлетний верблюд, его нельзя брать вместо неё подобно тому, как разрешается брать двухлетнего верблюда вместо годовалой верблюдицы». Последнее имам аш-Шафи‘и считал разрешённым потому, что об этом упоминается в хадисе, и рассматривал это разрешение как особый случай. В остальных же случаях, утверждал он, должно отдаваться животное другого возраста, а разница в возрасте должна возмещаться с помощью овец или дирхемов.

Посланник Аллаха, мир ему и благословение Аллаха, недаром предписал возмещать разницу между верблюдами двух возрастов с помощью двух овец или двадцати дирхемов, а не поручил самим сборщикам закята определять денежное выражение этой разницы. Он сделал это во избежание разногласий, тем более что сборщик закята обычно собирает закят не в присутствии правителя и не в присутствии оценщика, а животные различаются между собой и могут возникнуть разногласия при определении возмещения. С этой точки зрения, строго определённое, фиксированное возмещение намного лучше и удобнее оценки каждого животного.

Слова Посланника Аллаха, мир ему и благословение Аллаха, «…в придачу к которой он должен отдать две овцы, если они у него имеются, или двадцать дирхемов» указывают на то, что владельцу скота предоставлен выбор: он может отдать две овцы, а может отдать двадцать дирхемов.

Слова Посланника Аллаха, мир ему и благословение Аллаха, «А если их будет больше трёхсот, то с каждой сотни следует отдать по одной овце» означают «если овец станет четыреста и более», поскольку далее счёт идёт по сотням, из чего можно заключить, что имеется в виду тот случай, когда прибавляется следующая сотня, а вовсе не любое количество, меньшее ста. Таково мнение большинства учёных, Ас-Саури, ахль ар-райй, а также Малика и аш-Шафи‘и.

А аль-Хасан ибн Салих ибн Хайй сказал, что, если овец больше трёхсот хотя бы на одну овцу, за них следует отдать четыре овцы.

Слова Посланника Аллаха, мир ему и благословение Аллаха, «И не следует брать в качестве закята ни старых животных, ни тех, у которых есть какие-нибудь пороки, ни козлов, если только сборщик закята не согласится на это» указывают на то, что право бедных связано со средним имуществом, то есть не лучшим и не худшим. Сборщик закята не должен отбирать у владельца имущества лучшее и самое ценное из того, что он имеет, потому что тем самым он поступит с ним несправедливо. И он не должен брать наихудшее и наименее ценное имущество, потому что тем самым он ущемит права бедных, среди которых будет распределяться закят.

Слова Посланника Аллаха, мир ему и благословение Аллаха, «…если только сборщик закята не согласится на это» указывают на то, что сборщик закята имеет право принимать самостоятельные решения в подобных случаях, потому что он фактически является уполномоченным представителем бедных и неимущих, ведь он получает плату из их средств (закята). Поэтому он не должен брать животное с пороком, если у его владельца есть и здоровые животные, и животные с пороком. Если же у него все животные с пороком, сборщик закята должен выбрать среднее (или средних). Такого мнения придерживался имам аш-Шафи‘и. Он сказал: «Если у человека есть пять верблюдов, он должен отдать за них одну овцу. Если все овцы с пороком и их владелец попросил сборщика закята взять одну из них, сборщик закята должен согласиться, даже если стоимость этой овцы будет меньше обычной стоимости овец». Имам Малик сказал: «В этом случае сборщик закята не должен брать больную овцу. Вместо этого он должен обязать владельца имущества достать здоровую и отдать ему». Что же касается козла (то есть вожака стада), то некоторые люди считают, что его не дозволено брать из-за его ценности. В действительности же всё наоборот. Его не берут из-за того, что у него плохое мясо и от него меньше пользы, чем от самок.

Абу ‘Убайд, передавая этот хадис, говорил: «…если только дающий закят не пожелает», однако остальные передавали его так: «…если только сборщик закята не согласится на это».

Посланник Аллаха, мир ему и благословение Аллаха, сказал: «И люди не должны объединять свои стада и, напротив, разделять их из опасения, что с них придётся выплачивать закят». Речь идёт о том случае, когда люди смешивают свои стада. Из хадиса можно понять, что смешивать стада разрешено.

Учёные разошлись во мнениях относительно толкования этих слов. Имам Малик сказал: «Речь идёт о том случае, когда у каждого человека есть сорок овец, а когда к ним приходит сборщик закята, они собирают их в одно стадо, чтобы отдать за них только одну овцу».

Если говорить о разделении, то речь идёт о том случае, когда смешанным стадом владеют два человека, причём каждому принадлежит сто одна овца и, соответственно, они должны отдать три овцы. Когда приходит сборщик закята, они разделяют стадо, и получается, что каждый из них должен отдать всего одну овцу. Имам аш-Шафи‘и сказал: «Это веление адресовано и владельцу имущества, и сборщику закята, поскольку опасения относительно размеров закята могут возникнуть у обоих: владелец имущества боится, что закят будет слишком большим, а сборщик закята боится, что он, напротив, будет слишком маленьким. Поэтому каждому из них велено не делать с имуществом ничего, то есть не делить его и не объединять из-за своих опасений, связанных с закятом».

Посланник Аллаха, мир ему и благословение Аллаха, сказал: «Что же касается серебра, то с него взимается четверть десятой части его стоимости. В том случае, когда серебра не более ста девяноста дирхемов, закят с него выплачивать необязательно, если только этого не пожелает его владелец». Из этих слов вовсе не следует, что если у человека есть сто девяносто девять или немногим меньше (больше ста девяноста, но меньше двухсот) дирхемов, то он обязан выплачивать с них закят. В данном случае упоминаются сотни и десятки, но подразумевается, что в это число включаются и все единицы последнего десятка, вплоть до двухсот дирхемов. Это подтверждают слова Посланника Аллаха, мир ему и благословение Аллаха: «Не следует выплачивать закят менее чем с пяти окий серебра».

Из хадиса можно понять, что, если вес серебра со всеми примесями достиг пяти окий, с него всё равно не берётся закят. Необходимо, чтобы чистого серебра было пять окий.

Слова Посланника Аллаха, мир ему и благословение Аллаха, «…если только этого не пожелает тот, кому оно принадлежит» указывают на то, что, если владелец имущества согласился по доброй воле отдать в качестве закята верблюда, который старше, беременную самку вместо обычной, а также овцу, откормленную дома, вместо откармливаемой на пастбище, сборщик закята должен принять это от него. А Дауд и захириты считали такую замену недействительной и не снимающей с верующего обязанность выплачивать закят. Однако хадис свидетельствует против них, потому что, если человек, имеющий сто девяносто дирхемов, отдаст за них в качестве закята пять дирхемов, несмотря на то что он вообще не обязан платить закят с этого серебра, которое меньше нисаба, и от него это принимается, то тем более следует принять закят в размере больше положенного или в виде того, что лучше по качеству, если имущество человека достигло нисаба.

Что же касается арабских названий верблюдиц разного возраста, то они толкуются следующим образом. Ибнат махад (مخاض ابنة) — это годовалая верблюдица, вступившая во второй год жизни. Её мать носит уже другой плод, поэтому она и названа ибнат махад, что буквально переводится как ‘дочь беременной’. Словом махад (مخاض) арабы обозначают беременных верблюдиц.

Ибнат лябун (لبون ابنة) — это двухлетняя верблюдица, вступившая в третий год жизни. Её мать уже родила и выкармливает молоком нового верблюжонка, поэтому она и названа ибнат лябун, что буквально переводится как ‘дочь кормящей’.

Хикка (حقة) — это трёхлетняя верблюдица, вступившая в четвёртый год жизни и «заслужившая» (истахаккат — استحقت) покрытия самцом и вынашивания верблюжат.

Джазаа (جذعة) — это четырёхлетняя верблюдица, вступившая в пятый год жизни.

Что же касается зрелой верблюдицы (тарукат аль-фахль — الفحل طروقة), то это верблюдица, которую покрывал самец (фахль — فحل).

Хадисы 1568-1569
сахих
عَنْ سَالِمٍ، عَنْ أَبِيهِ قَالَ: كَتَبَ رَسُولُ اللَّهِ صَلَّى اللَّهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ كِتَابَ الصَّدَقَةِ فَلَمْ يُخْرِجْهُ إِلَى عُمَّالِهِ حَتَّى قُبِضَ، فَقَرَنَهُ بِسَيْفِهِ، فَعَمِلَ بِهِ أَبُو بَكْرٍ حَتَّى قُبِضَ، ثُمَّ عَمِلَ بِهِ عُمَرُ حَتَّى قُبِضَ، فَكَانَ فِيهِ: فِي خَمْسٍ مِنَ الإِبِلِ شَاةٌ، وَفِي عَشْرٍ شَاتَانِ، وَفِي خَمْسَ عَشَرَةَ ثَلاَثُ شِيَاهٍ، وَفِي عِشْرِينَ أَرْبَعُ شِيَاهٍ، وَفِي خَمْسٍ وَعِشْرِينَ ابْنَةُ مَخَاضٍ إِلَى خَمْسٍ وَثَلاَثِينَ، فَإِنْ زَادَتْ وَاحِدَةً فَفِيهَا ابْنَةُ لَبُونٍ إِلَى خَمْسٍ وَأَرْبَعِينَ، فَإِذَا زَادَتْ وَاحِدَةً فَفِيهَا حِقَّةٌ إِلَى سِتِّينَ، فَإِذَا زَادَتْ وَاحِدَةً فَفِيهَا جَذَعَةٌ إِلَى خَمْسٍ وَسَبْعِينَ، فَإِذَا زَادَتْ وَاحِدَةً فَفِيهَا ابْنَتَا لَبُونٍ إِلَى تِسْعِينَ، فَإِذَا زَادَتْ وَاحِدَةً فَفِيهَا حِقَّتَانِ إِلَى عِشْرِينَ وَمِائَةٍ، فَإِنْ كَانَتِ الإِبِلُ أَكْثَرَ مِنْ ذَلِكَ فَفِي كُلِّ خَمْسِينَ حِقَّةٌ، وَفِي كُلِّ أَرْبَعِينَ ابْنَةُ لَبُونٍ. وَفِي الْغَنَمِ فِي كُلِّ أَرْبَعِينَ شَاةً شَاةٌ إِلَى عِشْرِينَ وَمِائَةٍ، فَإِنْ زَادَتْ وَاحِدَةً فَشَاتَانِ إِلَى مِائَتَيْنِ، فَإِنْ زَادَتْ وَاحِدَةً عَلَى الْمِائَتَيْنِ فَفِيهَا ثَلاَثُ شِيَاهٍ إِلَى ثَلاَثِمِائَةٍ، فَإِنْ كَانَتِ الْغَنَمُ أَكْثَرَ مِنْ ذَلِكَ فَفِي كُلِّ مِائَةِ شَاةٍ شَاةٌ، وَلَيْسَ فِيهَا شَيْءٌ حَتَّى تَبْلُغَ الْمِائَةَ. وَلاَ يُفَرَّقُ بَيْنَ مُجْتَمِعٍ، وَلاَ يُجْمَعُ بَيْنَ مُتَفَرِّقٍ مَخَافَةَ الصَّدَقَةِ، وَمَا كَانَ مِنْ خَلِيطَيْنِ فَإِنَّهُمَا يَتَرَاجَعَانِ بَيْنَهُمَا بِالسَّوِيَّةِ، وَلاَ يُؤْخَذُ فِي الصَّدَقَةِ هَرِمَةٌ، وَلاَ ذَاتُ عَيْبٍ.
عَنْ سُفْيَان بْن حُسَيْنٍ، بِإِسْنَادِهِ وَمَعْنَاهُ، قَالَ: فَإِنْ لَمْ تَكُنِ ابْنَةُ مَخَاضٍ، فَابْنُ لَبُونٍ. وَلَمْ يَذْكُرْ كَلاَمَ الزُّهْرِيِّ.
Салим передаёт от своего отца [‘Абдуллаха ибн ‘Умара, да будет доволен Аллах им и его отцом], что Посланник Аллаха, мир ему и благословение Аллаха, записал* размеры закята, но не отдал её своим сборщикам закята до самой своей кончины. Она лежала вместе с его мечом. Согласно этой грамоте поступал Абу Бакр до самой своей кончины и ‘Умар до самой своей кончины. А написано в ней было следующее: «Должна взиматься одна овца с каждых пяти верблюдов, а с каждых десяти — две овцы, с пятнадцати — три овцы и с двадцати — четыре овцы. Если в стаде от двадцати пяти до тридцати пяти верблюдов, за них следует отдать одну годовалую верблюдицу. Если количество их составляет от тридцати шести до сорока пяти, за них следует отдать одну двухлетнюю верблюдицу. Если количество их составляет от сорока шести до шестидесяти, за них следует отдать одну зрелую трёхлетнюю верблюдицу. Если количество их составляет от шестидесяти одного до семидесяти пяти, за них следует отдать одну четырёхлетнюю верблюдицу. Если количество их составляет от семидесяти шести до девяноста, за них следует отдать двух двухлетних верблюдиц. Если количество их составляет от девяноста одного до ста двадцати, за них следует отдать двух зрелых трёхлетних верблюдиц. Если же количество их превышает сто двадцать, то за каждые пятьдесят верблюдов следует отдать одну трёхлетнюю верблюдицу, а за каждые сорок — одну двухлетнюю. А относительно овец: если их от сорока до ста двадцати, с них взимается одна овца. Если их от ста двадцати одной до двухсот, за них следует отдать двух овец. Если их от двухсот одной до трёхсот, за них следует отдать трёх овец. А если их будет больше трёхсот, то с каждой сотни следует отдать по одной овце, а если не хватает до очередной сотни, то с этой сотни ничего не взимается. И люди не должны разделять свои стада и, напротив, объединять их из опасения, что с них придётся выплачивать закят**. Если стада двух человек объединены в одно, закят берётся с одного, а потом второй возмещает ему свою долю по справедливости. И не следует брать в качестве закята ни старых животных, ни тех, у которых есть какие-нибудь пороки».
В похожей версии Суфьян ибн Хусейн сказал: «А если нет годовалой верблюдицы, тогда двухлетний верблюд». И он не упоминал слова аз-Зухри.