وَعَنْ الحَسَن بن عَلِي قال: قَالَ الْحُسَيْنُ: سَأَلْتُ أَبي عَنْ سِيرَةِ النَّبِيِّ صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ فِي جُلَسَائِهِ، فَقَالَ: كَانَ رَسُولُ اللهِ صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ دَائِمَ الْبِشْرِ، سَهْلَ الْخُلُقِ، لَيِّنَ الْجَانِبِ، لَيْسَ بِفَظٍّ وَلا غَلِيظٍ، وَلا صَخَّابٍ وَلا فَحَّاشٍ وَلا عَيَّابٍ وَلا مُشَاحٍ، يَتَغَافَلُ عَمَّا لا يَشْتَهِي، وَلا يُؤْيِسُ مِنْهُ رَاجِيهِ وَلا يُخَيَّبُ فِيهِ، قَدْ تَرَكَ نَفْسَهُ مِنْ ثَلاثٍ: الْمِرَاءِ وَالإِكْثَارِ وَمَا لا يَعْنِيهِ، وَتَرَكَ النَّاسَ مِنْ ثَلاثٍ: كَانَ لا يَذُمُّ أَحَدًا وَلا يَعِيبُهُ وَلا يُعَيِّرُهُ وَلا يَطْلُبُ عَوْرتَهُ، وَلا يَتَكَلَّمُ إِلا فِيمَا رَجَا ثَوَابَهُ، وَإِذَا تَكَلَّمَ أَطْرَقَ جُلَسَاؤُهُ كَأَنَّمَا عَلَى رُؤُوسِهِمُ الطَّيْرُ، فَإِذَا سَكَتَ تَكَلَّمُوا لا يَتَنَازَعُونَ عِنْدَهُ الْحَدِيثَ، وَمَنْ تَكَلَّمَ عِنْدَهُ أَنْصَتُوا لَهُ حَتَّى يَفْرُغَ، حَدِيثُهُمْ عِنْدَهُ حَدِيثُ أَوَّلِهِمْ، يَضْحَكُ مِمَّا يَضْحَكُونَ مِنْهُ، وَيَتَعَجَّبُ مِمَّا يَتَعَجَّبُونَ مِنْهُ، وَيَصْبِرُ لِلْغَرِيبِ عَلَى الْجَفْوَةِ فِي مَنْطِقِهِ وَمَسْأَلَتِهِ، حَتَّى إِنْ كَانَ أَصْحَابُهُ لَيَسْتَجْلِبُونَهُ، وَيَقُولُ: ((إِذَا رَأَيْتُمْ طَالِبَ حَاجَةٍ يِطْلُبُهَا فَأَرْفِدُوهُ))، وَلا يَقْبَلُ الثَّنَاءَ إِلا مِنْ مُكَافِئٍ وَلا يَقْطَعُ عَلَى أَحَدٍ حَدِيثَهُ حَتَّى يَجُوزَ فَيَقْطَعُهُ بِنَهْيٍ أَوْ قِيَامٍ.
Передают со слов аль-Хасана ибн ‘Али, что аль-Хусейн спросил отца об отношении Пророка, мир ему и благословение Аллаха, к его собеседникам, и он сказал: «Посланник Аллаха, мир ему и благословение Аллаха, был радушным, простым в общении и мягким человеком. Он не был ни грубым, ни бездушным, ни шумным, ни бесстыдным. Он не позорил людей и не был скуп. Он старался не замечать то, что ему не нравилось, и тот, кто надеялся на него, не отчаивался и не обманывался. Он воздерживался от трёх вещей: от споров, многословия и того, что его не касалось. И от трёх вещей он воздерживался в отношениях с людьми: он никого не упрекал, не осуждал и не разглашал чужих секретов. Он говорил только то, за что можно было получить вознаграждение. Когда он начинал говорить, его собеседники замолкали, боясь даже шелохнуться. Когда он умолкал, они начинали беседовать, но не спорили между собой в его присутствии. Когда кто-либо из них говорил, остальные молча слушали его, пока он не завершал речь, и каждый в его присутствии мог сказать своё слово. Он смеялся над тем, над чем смеялись они, и удивлялся тому, чему удивлялись они. Он проявлял терпение к незнакомцам, если они говорили с ним грубо или спрашивали что-либо, а сподвижники ждали, когда незнакомые люди придут к нему*. Он говорил: “Если увидите того, кто ищет что-либо, помогите ему”. Он принимал похвалу только от того, кто не излишествовал в этом, и не перебивал говорящего, пока тот не преступал границы дозволенного. В этом случае он либо поправлял его, либо вставал, [чтобы покинуть собрание]».